нагое платье

Важнейшие детали

На фоне предшествующих и последующих новаций в моде, так или иначе деформировавших женскую фигуру (кринолины, турнюры, изменение пропорций в композиции одежды), в первой половине 1880-х мастера костюма создали самое удачное свое произведение, подчиненное идее реальности и своеобразного минимализма. Они освободили женский костюм от необъяснимых, с точки зрения здравого смысла, наростов и противоречащих пропорциональным законам образований и представили, наконец, женскую фигуру в данной ей от природы гармонии.

Главную роль в моделировании фигуры рассматриваемого периода, как обычно в 19 веке, за исключением нескольких ранних лет, играет корсет. В данном случае он послушно следует за естественными линиями тела, лишь слегка идеализируя, совершенствуя натуру. Корсет полностью охватывает торс, придавая ему стройность и элегантную форму, определяя анатомически верную линию талии и ясно выраженный, но плавный изгиб бедра. Интересно сравнить силуэты корсетов трех периодов, чтобы, почувствовав нюансы различий в их очертаниях, определить роль и значение этой важнейшей детали женского гардероба в строении и хронологической смене пластического строя костюма.

Что касается платья первой половины 1880-х, то из него было убрано все лишнее, ткань тесно прилегала к корсету, повторяя его форму, довершая скульптурную чистоту и выразительность линий женской фигуры. Корсет теперь, в отличие от начала 1870-х, носили поверх комбинезона или нижней юбки, повторявшей конструкцию платья. На завершающей стадии облачения модницы в костюм тонкий стан образовывал беспрерывную линию с нижней частью одежды, перетекавшей сзади в небольшой трен.

К слову сказать, прогулочные, визитные, дорожные платья теперь за редким исключением делают спереди и сзади одинаковой длины, оставляющей видимой обувь. В вечерних, бальных туалетах длина трена, с его богатым убранством, как раз свидетельствовала о назначении наряда. Примером может служить платье "принцесс" изысканного стиля для репрезентативных приемов, выполненное из льняной ткани, органди и валансьенского кружева, так же как и другое вечернее платье - из черного бархата. За сходство длинного трена с русалочьим хвостом его носительниц называли "русалками". "Управлять" им помогала пришитая сзади петля, которую надевали на кисть руки, что позволяло при неходимости приподнимать край юбки. Обладательнице такого трена требовалось особое искусство взаимодействия с ним: откинуть в нужный момент тяжелую ткань ногой в противоположную сторону от направления движения. Лиф бальных платьев нередко делался на корсете, похожем по очертаниям на корсет предыдущего периода.


Как выгодно разместить капитал

Нагая мода, нагое платье - критические определения, возникавшие при обзорах моды этого периода, объясняются во многом местом, отведенным женщине в буржуазном мире, и существованием двух измерений, в которых жил светский человек того времени. Как пишет Ани Латур в своей книге "Волшебники моды", его положение в обществе, его состояние и имя должны были подтверждаться как наличием супруги, одетой по последней моде и усыпанной драгоценностями, так и образом жизни любовницы, у которой был частный особняк в шикарном квартале, посещаемый известными художниками и писателями, и которая появлялась бы на скачках в элегантной коляске. Иными словами, совершенный по форме костюм был совершенной оболочкой, преподносившей красивое тело как ценность, которой обладает женщина, как предмет торговли: будь то дама света или полусвета - обе в равной степени стремились повыгоднее "разместить свой капитал".

Здесь очень наглядно предстает проблема формы и содержания в костюме как произведении искусства. Современник эпохи писатель-реалист Золя в своих романах постоянно пользуется приемом описания костюмов в целях более выпуклой характеристики действующих лиц. В одном из них писатель рисует яркую картинку, которая помогает нам оценить значение искусства портного, участвующего в создании притягательного для окружающих женского образа: "...Рене носила декольте с таким презрением к посторонним взглядам, столько спокойствия и нежности было в ее наготе, что она даже не казалась неприличной... когда она проходила по залам в роскошном наряде из розового фая... мужчины проталкивались вперед, чтобы увидеть... этот цветок, созданный для неги, с атласной кожей и наготой статуи..."

Несколько раньше Ренуар в картине "В ложе" изобразил рыжую натурщицу в броском наряде. Для зрителей ее образ совпадал с представлением о современных "кокотках", которые, как писал один из критиков, появляются в обществе "с набеленными перламутровой пудрой щеками и взглядом, страстно зовущим и глупым до банальности". Критики же замечали тесную связь живописи Ренуара с действительностью и считали, что по картинам художника можно установить своеобразную эволюцию, которую проходит почти каждая парижанка из средней семьи - от юной прелестницы до "кокотки".


Портной - скульптор

Исполнение скульптурной формы костюма требовало большого искусства портного. Крой нарядов первой половины 1880-х был чрезвычайно сложен. К примеру, полосатый костюм для визитов имеет лиф, состоящий из большого количества деталей, которые позволяют буквально вылепить женский торс по моде времени. Помимо того, лиф, имитирующий узорчатый жилет, перекрыт верхним слоем ткани в виде длинного облегающего жакета с узким рукавом, оканчивающимся фигурным манжетом. Узкая вверху юбка этого наряда также двухслойная и собирается из множества частей. Нижняя состоит из двух полотнищ, чуть расклешенных от колен, завершает ее широкая плиссированная оборка, которая располагается по линии АА, переходя сзади в небольшой трен. Передняя часть юбки перекрывается тюником, который драпируется по бокам и закрепляется на дублюре. Задняя состоит из двух пуфов или, если можно так сказать, из двух своеобразных сумок: одна образуется после соединения основной ткани с меньшей по величине подкладкой, к которой крепится вторая, нижняя, над треном. Элегантный наряд стройной молодой дамы, созданный не без влияния мужского костюма. дополнен женственными аксессуарами: нежные складочки-шемизетки с жабо, изящной формы сумочка сбоку на ремне, маленькая муфточка и очаровательная шляпка характерной для первой половины 1880 годов формы нивелируют сдержанные линии туалета.


Художественные образы современниц

Подобный стиль шляпок с небольшой тульей и приспущенными вокруг лица широкими полями, которые украшались страусовыми перьями или искусственными цветами, очень любил Ренуар, нередко изображая в них очаровательных, нежных, соблазнительных женщин с непостижимой загадочностью взгляда, а также нарядных, веселых любительниц лодочных прогулок с веками, опушенными густыми ресницами, или совсем юных прелестниц с лазурными глазками, в образах которых художник прекрасно передает чистоту и невинность трогательной поры детства. Женские образы, созданные Ренуаром, могут послужить источником творческого вдохновения для современных дизайнеров. В них сохранен дух эпохи, создан особый стиль современниц художника с присущим только ему одному видением. Как писал один из критиков, Ренуар вслед за художниками 18 века Ватто, Фрагонаром, Грезом открыл особое женское очарование. Соблазнительные, с нежно-розовой плотью, одетые в сверкающие платья, с непринужденным выгибом спины в танце, с очарованием тела с ускользающим запахом... и никому не известными пороками свободной натуры - эпитеты, которыми награждают критики героинь картин Ренуара, одного из любимых художников-импрессионистов.

Художником женских образов был и Эдуард Мане. Последний портрет любимой натурщицы Мане Викторины Меран написан им через десять лет после скандала с "Олимпией", где Викторина позировала обнаженной. Здесь она предстает с пышными распущенными рыжими волосами, в модной черной соломенной шляпке и строгом синем костюме. Официантка популярного кафе, слегка распутного, по словам Гюисманса, "единственного места в Париже, в котором так упоительно смердит макияжем оплаченных ласк и лаем утомленного разврата", изображена за стойкой бара. Ее молодое грустное лицо обрамлено длинной гладкой челкой и бархоткой на шее с тяжелым медальоном. Черный бархатный жакет, отделанный по вырезу и на рукавах широкой каймой кружева, плотно легает фигуру. Такие девушки в кафе названы Мопассаном продавщицами напитков и любви.

К совсем иному социальному кругу принадлежит "Парижанка" Шарля Гирона. Утонченного облика, полная горделивой грации парижанка с удовольствием демонстрирует элегантный наряд черного шелка с драпировкой на бедрах в стиле "полонез" и вышивкой на юбке. Длинные, грубоватой рыжей кожи перчатки придают облику портретируемой оттенок экстравагантности.

Конструкцию, близкую по форме наряду "Парижанки", мы находим у Норы Во. Чертеж послеобеденного шелкового платья, отделанного бийе черного бархата, представляет, как и рассмотренная выше конструкция, множество сложно сочетающихся между собой деталей кроя. Юбка состоит из восьми неравной формы клиньев с треном. На передней половине юбки задрапирована основная ткань, которая рядами закреплена с помощью бархатных лент. По контрасту с этими легкими складочками сзади располагается полутюник с крупными подборами, оканчивающийся над тремя рядами мелко плиссированных оборок, разделенных бийе. Боковые накладные драпировки, также с кантами, выполнены в стиле "полонез". Лиф, затягивающий фигуру до середины бедер, имеет вставку с драпировкой и отделкой, так же как и короткий пышный рукав поверх узкого длинного.


Рациональное платье и прогрессивное белье

Несмотря на реалистические тенденции, наметившиеся в моде, движение за реформу костюма не ослабляет активности. Оскар Уайльд - одна из ярких фигур движения - теоретически обосновывает ее необходимость. Его жена практически реализует идею писателя, предпочитая носить одежду, близкую по стилю к греческой. Сторонники "рационального" платья ратовали за безотлагательные изменения костюма, приспособление его к современной жизни, спортивным занятиям, велосипеду, за отказ от корсетов, высоких каблуков, замены стесняющей движения юбки на юбки-брюки и т.п.

В это время появляется доктор Густав Егер, профессор Штутгартского университета, который в 1880-х начал кампанию за гигиеничное белье, сделанное из стопроцентной овечьей или верблюжьей шерсти: рубашки, комбинезоны, панталоны и нижние юбки. В 1900-х Егер подключил к этому ассортименту кардиганы, халаты, гимнастические свитера, вязаные джемперы, жилеты, вязаные шали. Егер становится хорошо известен как автор гигиеничного белья, которое многие предприниматели начинают изготавливать и популяризировать, в том числе через прессу и с помощью афиш, оповещающих о возможности его приобретения. Егер со своими прогрессивными идеями органично "встраивается" в реформы. Когда дамы, сторонницы традиционной одежды, возражают Оскару Уайльду, что в климате Англии ходить в греческих хитонах холодно, писатель им предлагает пододевать егерское белье.

Казалось бы, мода первой половины 1880-х способна была настроить реформаторов на оптимистический лад: в ней зародилось некое рациональное зерно если не по признакам удобства костюма, то по его реализму в отношении к эстетическим ценностям пластики женской фигуры. Однако мода следующего пятилетия перечеркнула достижения предыдущего так, что не оставила никаких надежд на влияние "эстетического движения" на ход развития костюма.